О ВАРЯГЕ

«Далеко от Родины, известит
Чужое море, что вечно шумит,
О нас, о «Варяге» и его героях!»

автор В.Лобыцын

КОРОТКАЯ, НО ЯРКАЯ СУДЬБА …

Крейсер-красавец «Варяг» сошел со стапелей филадельфийских доков в 1899 году. Его построили за 11 месяцев с учетом всех последних достижений кораблестроения, испытывали около года и во всем блеске представили восхищенным петербуржцам в 1901 году. Белоснежный корпус корабля и черно-желтые изящные паровые трубы слагали образ бронепалубного триколора - флага Российской Империи. Каждый цвет имел значение: белый – цвет чести, черный – символ долга, золото – символ побед. «Варяг» сразу стал любимцем императора Николая II. И именно этому крейсеру суждено было принять первый бой Русско-японской войны.   
В мае 1901 года крейсер был срочно отправлен на Дальний Восток для усиления эскадры Тихого океана. В феврале 1902 года крейсер, обойдя полсвета, отдал якорь на рейде Порт-Артура. С этого момента началась его служба в составе эскадры. Боевая учеба сменялась ремонтом ненадежных машин крейсера. В декабре 1903 года крейсер был направлен в корейский порт Чемульпо для несения службы в качестве стационера.
На рейде помимо «Варяга» находились корабли международной эскадры. 5 января 1904 года на рейд прибыла русская канонерская лодка «Кореец». Ничего не предвещало трагедии. Однако к концу января переговоры между Японией и Россией зашли в тупик, а затем Страна восходящего солнца в одностороннем порядке прервала переговоры. В результате в ночь на 27 января без объявления войны японские миноносцы напали на русскую эскадру, стоящую на внешнем рейде Порт-Артура. Одновременно с этим другая японская эскадра под командованием контр-адмирала С.Уриу решила напасть на русские корабли, стоящие на рейде Чемульпо.
События, разворачивающие накануне на рейде Чемульпо не оставили русским никаких шансов на благополучный исход. Японцы, завершив высадку войск, утром 27 января приступили к главной задаче – уничтожению русских кораблей, стоящих на рейде.
После совещания командиров международной эскадры на английском крейсере определился образ действий русских кораблей. Они мужественно приняли удар судьбы и решили выйти на рыцарский поединок с коварным врагом. Командир «Варяга» В.Ф.Руднев понимал, что формальный протест командиров эскадры, вряд ли остановит японского командующего и бой придется принять на узком фарватере. Была маленькая надежда, что удастся прорваться, если противник выпустит из шхер и примет бой в море.
В 11 часов 20 минут. Боцманские дудки заливисто просвистали "Все наверх, с якоря сниматься". Одновременно с этим передали сигнал и "Корейцу". Пока на "Варяге" убирали якорь, "Кореец" дал ход и направился мимо "Варяга" к выходу с рейда. Затем крейсер обошел лодку и встал во главе отряда. Расстояние между кораблями поддерживалось 1-1,5 кабельтовых. Скорость движения была равна примерно 6-7 узлов.
Погода в этот день выдалась тихой и морозной. Хотя небо и было затянуто облаками, но солнце тускло светило сквозь молочную пелену облаков, мрачно освещая местность. Температура воздуха была минус 13оС. На море - полный штиль.
Русские корабли медленно проходили вдоль иностранных крейсеров. С русского судна попеременно раздавались здравицы в честь каждого корабля. На иностранных кораблях люди, стоящие вдоль бортов, отдавали дань уважения мужеству русских. На "Варяге" оркестр играл гимны тех стран мимо кораблей, которых проходили в данный момент. Торжественно и чинно смотрели русские на иностранцев, которые так сердечно приветствовали их, провожая в смертельный бой. Особенно восторженно выражали свои чувства французские моряки. На крейсере "Паскаль" люди, нарушив строй, махали руками и фуражками.
Корабли направились к выходу с рейда. Через некоторое время российские сигнальщики опознали противника в судах, стоящих на фоне острова Ричи. Поднявшись на полубак, быстро прошел в боевую рубку командир корабля. Убедившись, что перед ним корабли вражеской эскадры командир приказал пробить боевую тревогу. Часы в рубке показывали 11 часов 25 минут.
Раздались, много раз слышимые, всеми, треск барабана и высокие ноты рожка. Оглушительно зазвенели колокола громкого боя, призывая, пожарный и водяной дивизионы наверх. Одновременно с этим на стеньгах обеих мачт были подняты боевые флаги. В морозном воздухе от легкого движения ветра заплескались белые с голубыми крестами полотнища Андреевских флагов.
Хотя С.Уриу и ожидал ответных действий со стороны русских, но все же выход их в море было для него неожиданным. С.Уриу в это время в салоне принимал офицера с английского крейсера "Тэлбот" с документами совещания командиров. Получив известие с "Асамы", командующий, быстро завершив беседу, поднялся наверх и, попрощавшись с англичанином, быстро пошел в сторону бака. На горизонте уже хорошо просматривались темные силуэты русских кораблей. Впереди шел "Варяг", а за ним в двух кабельтовых, густо дымя, спешил "Кореец". Уриу по-прежнему молча наблюдал за приближением кораблей, наконец, он опустил бинокль и, приказал действовать по намеченному плану.
На мачтах "Нанивы" взметнулись сигнальные флаги. Расклепав якорные цепи, так как времени на подъем и уборку якорей уже не было, корабли эскадры начали спешно вытягиваться на плес, на ходу перестраиваясь в боевые колонны, согласно накануне полученной диспозиции.
Первыми дали ход "Асама" и "Чиода". Они, построившись в кильватерную колонну, медленно пошли навстречу русским кораблям. Вслед за ними, несколько отстав, двинулись флагманский крейсер "Нанива" и крейсер "Нийтака". На траверзе не стреляющего борта "Нанивы" тесной стайкой столпились миноносцы одного из отрядов. Остальные миноносцы с крейсерами "Акаси" и "Такачихо", развив большой ход, устремились в юго-западном направлении.
На русских кораблях, интерес к эскадре противника, был не меньший. На правом крыле мостика, у боевого фонаря, дальномерщики начали налаживать свои приборы. Люди, изготовившись к бою, зябко поеживались то ли от холода, то ли от нервного напряжения. Корабль замер в ожидании боя. Священник отец Михаил крестным знаменем благословил христолюбивых воинов на подвиг и победу над врагом и спустился по трапу в лазарет.
Японские корабли, тем временем, вытянувшись в боевую колонну (так казалось с русских кораблей) и, идя сходящимися курсами, медленно сближались с русскими кораблями. Дым от многочисленных труб медленно поднимался в небо и там, в выси растворялся.
Ближайшие японские крейсера, продолжали прижимать русские корабли к отмели, двигаясь влево сходящимся курсом. Орудийные башни и орудия многочисленных казематов, словно живые, хищно отслеживали русские корабли. Вторая группа кораблей флагманский - "Нанива" и "Нийтака" - немного отстав от первой группы, шла уступом вправо, держась несколько мористее. Вдали, в дымке виднелись еще несколько кораблей противника, но их трудно было классифицировать; расстояние до них было большое.
В боевой рубке "Нанивы" было тесно. Кроме командования корабля здесь еще был со своим штабом командующий эскадрой. С.Уриу молча наблюдал за приближающимися русскими кораблями. Левее и впереди, густо дымя, шли "Асама" и "Чиода". С.Уриу, не отрывая от глаз бинокля, приказал поднять сигнал о сдаче. Однако к удивлению командующего, русские сигнал проигнорировали.
Русские корабли из-за сложного фарватера сбавили ход до 7 узлов и продолжали идти прежним курсом. К этому времени, "Кореец" переменил свое место в строю. Теперь он шел уступом, несколько левее "Варяга". Вдали по курсу хорошо просматривался остров Йодольми. Правее острова уже невооруженным глазом просматривались серые тени кораблей японской эскадры. На фоне многочисленных дымов на мачтах третьего от головы колонны крейсера взвилось «разноцветие» сигнальных флагов. На "Варяге" сигнальщики, бросившись к сигнальным книгам международного свода, начали разбирать сигнал. Без сомнения, смысл сигнала был ясен японский командующий, предлагал сдаться. Младший штурманский офицер граф А.Нирод, для верности, еще раз сверился с книгами, все верно - ошибки нет: враг предлагал сдаться. Тут же дали знать об этом в боевую рубку. Оттуда дали команду: "На сигнал не отвечать".
Корабельные часы, установленные в рубке, показывали 11 часов 40 минут. В боевой рубке кроме вахты, которая уже с утра несла службу по боевому расписанию, здесь были: командир, старший артиллерист, старший штурман, ревизор и вахтенный начальник. На штурвале застыл рулевой, у телефонов и переговорных труб замерли нижние чины, в проходе боевой рубки вытянувшись стояли штаб-горнист и барабанщик. И уже совсем, снаружи, у входа в рубку, почти на ступеньках трапа стояли сигнальщики и рассыльные командира. Командир корабля с биноклем в руке стоял у правой стенки рубки и неотрывно наблюдал за противником. В основном все молчали, лишь иногда кто-то делал какие-то незначительные замечания относительно противника. Дистанция неумолимо сокращалась...

В 11 часов 44 минуты на мачтах "Нанивы" взвился сигнал об открытии огня. Спустя мгновение броненосный крейсер "Асама" начал пристрелку из орудий носовой башни.
Первые снаряды противника легли впереди русского крейсера с небольшим перелетом. К удивлению русских, японские снаряды взрывались даже при попадании в воду, поднимая громадные столбы воды и клубы черного дыма. По-видимому, для пристрелки они использовали специальные снаряды. На "Варяге" пока молчали. Ждали - когда уменьшится дистанция.
Вдали сверкнули молнии вспышек. Спустя некоторое время на «Варяге» раздался страшный грохот, казалось, что боевая рубка раскололась на части, а находящиеся в ней люди, едва удержавшись на ногах, хватались за подвернувшиеся под руки предметы. Одновременно с этим, словно по большому барабану, по рубке звонко застучали тысячи осколков и по прорезям ударила упругая волна горячего воздуха. Все с удивлением оглянулись, словно не веря, что все остались живы и здоровы.
Запахло гарью. С правой стороны рубки на прорези что-то упало и заслонило вид из нее. В рубке сразу стало сумрачно. А на мостике произошло следующее.
На баке к бою все было готово. Оба шестидюймовых орудия, наведенные на ближайший корабль противника, ожидали команды открытия огня. Комендоры и прислуга, словно изваяния, застыли у орудий. Командиры расчетов, неотрывно следя за противником, нервно поглядывали на боевую рубку, словно говоря "что же медлим-то, пора уж начинать". На крыле правого мостика дальномерщики деловито определяли расстояние. Среди них выделялся своей юношеской фигурой граф мичман А.Нирод. Он поминутно прикладывал к глазам дальномер, а затем что-то отмечал в своей записной книжке. И в то же мгновение, там, где стоял мичман, вспыхнул оранжевый шар, а затем над головами раздался страшный грохот, что-то треснуло и со звоном на палубу с окон ходовой рубки посыпались стекла. Всех, кто стоял у орудий, взрывной волной раскидало вокруг. Один из прислуги, схватившись руками за голову, застонал. По настилу палубы звонко застучали осколки, а на орудие №2 что-то упало багрово-красное и, в то же мгновение, по орудию вниз медленно потекла бурая густая жидкость. Все с ужасом смотрели на растекавшуюся массу, угадывая в них внутренности человека.  Один из комендоров, жестом указав на мостик, что-то кричал. Там, словно играя в кучу - мала, возились друг  с другом дальномерщики станции № 1. Спустя некоторое время все они  застыли в неестественных позах. С ограждения мостика свисал порванный в клочья новый брезентовый обвес, растянутый сегодня утром. В штурманской рубке занимался пожар. Со шкафута бегом бежал пожарный дивизион, волоча за собой пожарный шланг. Кто-то звал носильщиков. Наконец-то, из боевой рубки подали команду открыть огонь.

В это время головной японский крейсер подошел к острову Йодольми, но прежде чем зайти за остров на нем вновь сверкнули молнии вспышек. Спустя некоторое время, раздались глухие раскаты грома и одновременно с этим, сверкнув на солнце, около борта, напротив портика 75 мм орудия с ревом вздыбилось море и с грохотом рухнуло на палубу, окатив всех холодным душем и градом осколков. В воздухе вновь распространился удушливый запах, вызывая у людей приступы тошноты и рвоты.
У орудия № 2, без стона, взмахнув руками, рухнул на мокрую палубу подручный комендора Матвей Дерябин. Подбежали носильщики и трясущими руками начали неуклюже укладывать его обмякшее тело на носилки, не видя, что он уже мертв.
Командир орудия, выпучив глаза, очнувшись от увиденного, и облизав сухие губы, хриплым голосом подал команду «Открыть огонь!» Орудие № 1, выбросило сноп ярко-желтого огня и плавно откатившись назад, вернулось в исходное положение. Снаряд с гулом полетел в сторону противника.
Открыли огонь и на "Корейце". Первые же выстрелы с лодки показали, что снаряды, выпушенные с устаревших орудий, дают большой недолет. В связи с этим, "Кореец" был вынужден стрельбу временно прекратить, а люди на лодке, превратились в безучастных наблюдателей, не имея возможности чем-либо помочь истекающему кровью крейсеру.
Наверху оглушительно грохотали тяжелые орудия, отрывисто рвали воздух мелкие пушки. Бой разгорался, решая участь сторон. Крейсер поминутно вздрагивал всем своим корпусом, как от залпов своих орудий, так и от попаданий снарядов противника.
В лазарете по-прежнему было тихо, ярко горели электрические лампочки, разливая вокруг яркий свет. Люди внимательно прислушивались к звукам, доносившимся сверху, пытаясь понять, что происходит там. Вот отчетливо ощутили подряд несколько попаданий в корабль, но к удивлению всех пока раненые не появлялись. Постепенно все успокоились, даже кто-то начал подсчитывать хорошо ощутимые попадания вражеских снарядов. У левой от входа койки фельдшер Какушинский и отец Михаил, прислонившись к переборке, о чем-то мирно беседовали, вероятно, решая важные для них в эту минуту проблемы. Судя по всему, корабль уверенно шел вперед, внутри его, убаюкивая, мерно урчали машины. Появилась надежда, что все кончится благополучно, и они прорвутся в Порт-Артур.
А наверху дела были не столь блестящие, как это казалось людям внизу. Спустя несколько минут после начала сражения крупный снаряд взорвался у борта, и в портик шестидюймового орудия № 3 влетели крупные осколки. Взрывной волной разметало прислугу орудия. Осколками снаряда многие были ранены. Командир плутонга мичман Губонин, несмотря на тяжелое ранение ноги, продолжал командовать плутонгом, пока не свалился без чувств у орудия. Вызванные носильщики немедленно унесли его на перевязочный пункт. Как после выяснилось, у него оказалась перебита коленная чашечка. Оставшиеся в живых комендоры и прислуга начали ремонт орудия, пытаясь ввести его в строй. Усилия их были вознаграждены и орудие вновь, загрохотало своим могучим басом. Но спустя некоторое время у этого орудия из-за собственной стрельбы сдал подъемный механизм и оно вышло из строя.
Крейсер, тем временем, был буквально засыпан снарядами противника. Временами он скрывался от взора наблюдателей с "Корейца" за громадными водяными смерчами, которые с грохотом то и дело взлетали до уровня боевых марсов, а затем рассыпались в прах, обдавая крейсер потоками воды и градом осколков. Не долетевшие снаряды, разрываясь у бортов, также разрушали надстройки и калечили людей, открыто стоящих на верхней палубе без всякой защиты. Несмотря на потери, "Варяг" энергично отвечал врагу частым огнем, но, увы, результатов пока не было видно. Из-за слабого фугасного действия разрывы русских снарядов не были видны или сливались со вспышками выстрелов орудий противника, а падавшие в море снаряды поднимали небольшие всплески воды, которые из-за большого расстояния были плохо видны.
К этому времени, плотность огня со стороны противника, увеличилась. В бой вступили корабли второй группы. Корабли третьей группы, сменив галс и повернув на 16R, пошли на сближение с русскими и, по-видимому, также изредка вели огонь. Так как японские корабли изначально находились далеко впереди и справа по курсу русских судов, то русским приходилось все время, как бы их нагонять и вести огонь с довольно острых курсовых углов. Японцы в свою очередь, двигаясь по отношению к русским, сходящимся курсом, постепенно "спускались" на предполагаемую линию движения "Варяга" и "Корейца". При этом им приходилось напряженно следить за фарватером, чтобы не напороться на камни.
По "Варягу" стреляли 1-2 корабля противника ("Асама" и "Чиода"). "Кореец" обстреливался остальными крейсерами. Причем, их стрельба была очень неточной, и в течение боя, она не корректировалась. Забегая вперед, отметим, что за весь бой в "Кореец", не попало ни одного снаряда! По словам командира "Корейца" Г.Беляева, было всего три недолета, а остальные снаряды падали с большим перелетом.

С.Уриу, видя, что основной удар русских был направлен против передних судов, со своим штабом покинул боевую рубку и поднялся на передний мостик. Широко расставив ноги, он стоял рядом с боевым фонарем и молча наблюдал за неприятелем. Лишь иногда, отрываясь от бинокля, он давал отрывистые приказания. Пока все шло так, как было задумано.
Неожиданно раздался неприятный вибрирующий звук летящего снаряда и в стороне от флагманского корабля поднялся столб воды. Спустя секунду, у левого борта напротив носового орудия, взорвался еще один снаряд, который окатил водой всех, кто стоял на баке. "Нанива" немедленно вышла из строя и, совершив коордонат, вправо, пропустила вперед  "Нийтаку" и вступила ей в кильватер.
На "Варяге" в это время бушевали два пожара и оба на шканцах. Первый возник в результате взрыва шестидюймового снаряда, который воспламенил приготовленные к стрельбе патроны. Огонь от патронов перекинулся к парусиновому тенту вельбота № 1. Одновременно взрывом этого же снаряда был уничтожен боевой расчет стоящего здесь шестидюймового орудия № 9. Орудие временно замолчало. Спустя минуту, рядом со светлым люком, взорвался восьмидюймовый снаряд. К старым бедам добавились новые. Осколками снаряда были убиты коммутаторщик К.Кузнецов и три человека из прислуги орудия № 8. В результате взрыва возник пожар; загорелись коечные сетки и настил палубы между грот-мачтой и светлым люком. Стараниями пожарного дивизиона, возглавляемого мичманом Н.Черниловским-Соколом и боцманом Харьковским, пожары вскоре были потушены. В рубку поступили данные о поврежденных орудиях правого борта. Выяснилось, что при стрельбе на большие дистанции у шестидюймовых орудий внезапно сдавали подъемные механизмы, а у 75-мм пушек выходили из строя компрессоры и накатники. Увы, до войны эти неисправности не были выявлены, так как учебные стрельбы проводились на короткие расстояния.
В приспособленной под перевязочный пункт кают-компании шла напряженная работа. Через светлые люки и открытые двери было хорошо видно, как с правого борта кувыркаясь, летели огненные шары оранжево-зеленного цвета. Почти непрерывно раздавались взрывы снарядов, которые сотрясали корпус корабля. Совсем недалеко от входного люка взорвался снаряд. Корабль ощутимо вздрогнул, в буфете зазвенело стекло и посуда. Старший врач Храбростин от толчка едва удержался на ногах. Раненый, лежащий на столе застонал. В это мгновение помещение наполнилось дымом, стало нечем дышать. Санитары начали перетаскивать раненых в смежное помещение. Наверху, видимо, тушили пожар - струями воды, залетающими через открытый люк, были с ног до головы окачены старший врач и некоторые санитары.
Между тем дистанция между противоборствующими сторонами уменьшилась настолько, что в бой, наконец, смогли вступить орудия "Корейца". Первые же его снаряды легли у борта головного японского крейсера. Ровно в полдень обе стороны были в огне.
Из-за тесноты в боевой рубке и трудностей наблюдения за противником (мешали свисающие остатки парусинового обвеса, ванты и шлюпбалки) командир крейсера встал в проходе рубки между горнистом Н.Наглем и барабанщиком Д.Корнеевым и отсюда продолжил командовать кораблем. Время перевалило за полдень. На траверзе с правой стороны крейсера виднелись угрюмые скалы острова Йодольми. Там вдали впереди, изрыгая огонь, маневрировал противник. Корабли Уриу по отношению к русским на время "состворились", и, как казалось с русских кораблей, они сбились в одну кучу. На самом деле, в процессе сложных эволюций они оказались на одной линии. В результате чего, и так редко ведущие огонь корабли второй и третьей групп  вовсе прекратили его. Они не могли стрелять через свои корабли. В связи с этим напряжение боя несколько спало.
В 12 часов 12 минут на уцелевших фалах фок-мачты был поднят сигнал "П" ("Покой"), что означало "Поворачиваю вправо". Руль переложили "Лево на борт 20о" и крейсер с уменьшением хода покатился вправо. Часы в рубке показывали 12 часов 15 минут пополудни. С этого момента последовала цепь трагических событий, которые ускорили развязку боя. А все началось с момента попадания двух снарядов. Один из них попал в крейсер сразу же после перекладки руля. К несчастью для русских в результате взрыва была перебита труба, в которой были проложены все рулевые приводы. В результате чего неуправляемый корабль, покатился на циркуляции на камни острова Йодольми. Почти одновременно с этим, второй снаряд, влетев в промежуток между крылом носового мостика и фальшбортом, взорвался между орудием Барановского и фок - мачтой. Осколки влетели в боевую рубку. При этом были убиты: весь расчет орудия № 35, стоящий у рубки на передаче приказаний квартирмейстер И.Костин и стоящие рядом с командиром в проходе рубки, горнист Н.Нагле и барабанщик Донат Корнеев. К счастью, командир был только слегка контужен и ранен, и через некоторое время, наскоро перевязав рану, приступил к выполнению своих обязанностей. Осколками этого же снаряда, залетевшими в рубку, было ранено еще несколько человек, но, к счастью, почти все легко и все они остались на боевых постах.
Так как руль перестал действовать, дальнейшее управление кораблем было переведено в рулевое отделение. В кормовом рулевом отделении под руководством боцмана Шлыкова рулевые Гавриков, Лобин и машинист Бортников спешно начали налаживать ручное управление. Никого не надо было подгонять, все понимали, что в этом их спасение.
На "Корейце", увидев сигнал с крейсера, хотели - было повернуть вслед за "Варягом", но затем, усмотрев, что он не управляется и на циркуляции катится на камни острова,  уменьшив ход, описали циркуляцию в 270о в противоположную сторону, избегая соствориться с крейсером по отношению к противнику.
Крейсер, находясь на циркуляции, левым бортом развернулся к противнику. В бой вступили орудия левого борта. Внезапно раздался скрежет и корабль, вздрогнув, остановился. Люди, от неожиданности попадали. На корабле ситуация была близка к панике. В боевой рубке, мгновенно оценив положение, дали машине самый полный назад. Два винта, бешено вращаясь и поднимая со дна потоки ила и песка, пытались сдвинуть с камней корабль, но все было тщетно. В довершение всему в крейсер один за другим попадает несколько крупных снарядов.
Там, глубоко внизу, у грохочущих машин, чувствовалась накаленная обстановка в боевой рубке. В куртке на голом теле метался у машины старший механик Н.Лейков, у соседней машины распоряжался младший механик С.Спиридонов. Случилось то, чего больше всего боялись механики. В бою их не пугали команды об уменьшении или увеличении хода: машины эти команды выполняли хорошо. Больше всего они опасались команд, требующих экстренных остановок и команд на полный задний ход. И вот сейчас у машин началась суматоха. Звонки машинного телеграфа нервно требовали немедленных действий, но машинам, как и кораблю, требовалось некоторое время, чтобы реагировать на звонки из рубки. А времени, увы, не было.

На японских кораблях, выдвинувшихся далеко вперед, первое время, не сразу заметили опасность маневра русских и продолжали двигаться прежним курсом, ведя огонь из орудий кормовых секторов. Однако, заметив сигнал на мачтах "Варяга", и предполагая, что русские решили прорваться у них за кормой, Уриу немедленно лег на обратный курс. Корабли противника, последовательно описывая коордонат в правую сторону, продолжали вести жаркий огонь по русским. Над морем, в результате сложных эволюций кораблей, прочерчивались замысловатые гигантские дымовые петли, которые, причудливо переплетаясь между собой, таяли выси.
Но это продолжалось недолго. Японский командующий, заметив бедственное положение русских, поднял сигнал "Всем повернуть на сближение с противником". Завершив поворот, корабли всех групп, легли на новый курс, одновременно ведя огонь из носовых орудий.
Положение "Варяга", в это время, было отчаянным. Противник быстро приближался, а корабль неподвижно стоял на камнях, подставив под расстрел левый борт. Именно в это время он получил наиболее тяжелые повреждения за все время боя. В боевой рубке крейсера лишь приходилось фиксировать эти беды. Вот сообщили из котельной: в результате посадки на мель сдвинулся с места котел № 21, в котельном отделении под настилами появилась вода. В 12 часов 30 минут восьмидюймовый снаряд взорвался на стыке угольных ям № 10 и 12. Вода начала подступать к топкам, немедленно начали откачивать ее всеми наличными средствами. Аварийные партии под огнем врага начали подводить пластыри под эту пробоину. В эти трагические минуты, улыбнулась судьба и русским; крейсер как бы нехотя, сошел с мели и медленно попятился назад. Во всех отделениях "Варяга" люди горячо благодарили Бога за этот подарок. Дав задний ход, корабль отошел от опасного места. И не искушая более судьбу, из боевой рубки в кормовое рулевое отделение поступил приказ "Лечь на обратный курс".
Хотя воду продолжали откачивать всеми средствами, и она продолжала убывать, но крейсер продолжал крениться на левый борт. Бой, тем не менее, не прекращался ни на минуту. Воздух вибрировал от  пролетающих снарядов. В глазах рябило от плясавших вокруг водяных смерчей. Вот над головами высоко в небе раздался страшный грохот; со звоном лопнули оттяжки грот-рей, и реи безвольно качнувшись, устремились в небо. При этом люди не сразу заметили, что причиной тому был снаряд, который попал в третью дымовую трубу. В результате труба была разворочена. Одновременно осколками этого снаряда было убито два человека из прислуги 75 мм орудия левого борта.
На юте, в это время, пожарный дивизион безуспешно боролся с огнем в провизионном отделении. Горела мука. Пожар возник из-за восьмидюймового снаряда, влетевшего со стороны левого борта. Снаряд, пройдя через офицерские каюты, пробил смежную палубу и взорвался в провизионном отделении. Забегая вперед, заметим, что этот пожар был потушен лишь после прихода на рейд. Спустя минуту, пробив коечные сетки с левого борта, большой снаряд взорвался между первой и второй дымовыми трубами точно над трапом в лазарет. В результате возник пожар; загорелись коечные сетки.
Противник продолжал приближаться. До ближайшего корабля дистанция была не более 20 кабельтовых. "Кореец", находящийся несколько в стороне от крейсера вел интенсивный огонь по противнику вначале из левого погонного, а затем из одного ретирадного орудия. На лодку противник, по-прежнему не обращал никакого внимания, и по-прежнему на нем не было ни убитых, ни раненых.
"Варяг", к удивлению японцев, несмотря на видимые пожары на нем, развив высокую скорость, уверенно уходил в сторону рейда. Корабли Уриу, тем временем, вышли на траверз острова Йодольми. Дальнейшее продвижение эскадры затруднялось узостью фарватера. Поэтому на флагманском крейсере взвился сигнал "Противника преследовать кораблям четвертой группы", то есть крейсерам "Асаме" и "Чиоде".
На русских кораблях, в эти минуты, сложилось отчаянное положение. Из-за острых курсовых углов, как на "Корейце", так и на "Варяге" огонь могли вести только 2 - 3 орудия (на "Корейце" одно кормовое шестидюймовое орудие,  а на "Варяге" всего лишь два). Ситуация усугублялась еще и тем, что противник неумолимо приближался, ведя огонь из многочисленных орудий. В это время на "Варяге" участились попадания, росло число жертв. В эти трагические минуты на крейсере приняли решение подготовить к бою торпедные аппараты, как последнее средство сопротивления. Однако дальнейшие события резко изменили ситуацию.
В разрывах низко стелющегося дыма и мглы, сверкнув на прощание молниями орудийных вспышек, японские корабли, круто развернувшись, ушли за остров Йодольми. Одновременно с этим, за кормой "Варяга" взметнулось свыше двадцати водяных смерчей, на мгновение сверкнув на солнце, они обрушились на корабль, окатив всех, кто с изумлением наблюдал эту картину, брызгами ледяной воды и градом осколков.
В это время из-за острова появились юркие суденышки и устремились на русские корабли. Настала очередь мелкокалиберной артиллерии. Из уцелевших орудий "Варяг" и "Кореец" открыли ураганный огонь по миноносцам. И как пишет один из очевидцев боя "не дойдя до рубежа атаки, они круто развернулись, и ушли вслед за остальными кораблями, не причинив вреда, русским кораблям".
После неудачной атаки миноносцев, ушедший было большой крейсер, вновь устремился за русскими, открыв огонь из тяжелых орудий. Эта была "Асама". Развив большой ход, она быстро нагоняла русские корабли. Бой возобновился. Но "Варяг" и "Кореец" уже подходили к якорной стоянке. Видя это, японский крейсер был вынужден прекратить огонь, так как часть его снарядов, направленные в русские корабли, начали падать около кораблей международной эскадры. На крейсерах международной эскадры пробили боевую тревогу и приготовились к бою, подняв стеньговые флаги. Крейсеру "Эльба" даже пришлось из-за этого перейти вглубь рейда. В 12 часов 45 минут прекратили огонь и русские корабли. «Варяг» и «Кореец». Бой закончился.
На иностранных кораблях начали срочно спускать шлюпки для оказания помощи русским. Первыми к «Варягу» подошла под флагом Красного креста шлюпка с английского крейсера «Тэлбот». Русские с благодарностью принимали помощь своих иностранных коллег.
Согласно заявлению командира «Варяга» В.Ф.Руднева в течение часового боя боя крейсер выпустил по врагу 1105 снарядов (425 - шестидюймовых, 470 – 75 миллиметровых и 210 – 47 миллиметровых снарядов). Канонерская лодка «Кореец» выпустила 52 снаряда (22 - восьмидюймовых, 27 – шестидюймовых и 3 – девяти фунтовых снаряда).
Японские корабли выпустили в течение боя:
броненосный крейсер «Асама» - 28 восьмидюймовых, 98 шестидюймовых и 9 - 76 миллиметровых снарядов;
броненосный крейсер «Чиода» – 71 120 миллиметровый снаряд;
крейсер «Нанива» - 14 шестидюймовых снарядов;
крейсер «Нийтака» – 58 шестидюймовый и 130 – 76 миллиметровых снарядов;
крейсер «Такачихо» – 10 шестидюймовых снарядов;
крейсер «Акаси» – 2 шестидюймовых снаряда.

Триумф и забвение 
На следующий же день после легендарного боя вся мировая общественность сразу заговорила о беззаветной храбрости русских. Были выпущены десятки красочных альбомов, картин, книг, памятных медалей и открыток с портретами командиров и изображениями "Варяга" и "Корейца". Появилась знаменитая песня «Памяти «Варяга», написанная немцем Р. Грейнцем и в переводе Е.Студенской мгновенно ставшая народной. Но особенно тщательно разрабатывалась церемония встречи героев Чемульпо. В Стамбуле их встречали салютом, Одесса и Севастополь салютовали залпами пушек береговых батарей и громом десятков полковых оркестров. На рейде варяжцев торжественно встречали корабли с поднятым сигналом "Привет храбрецам", а на пристани гремело многотысячное "ура". По всей России от Севастополя до Москвы и Санкт-Петербурга моряков встречали триумфальные арки с надписью из цветов "Героям Чемульпо".
Впервые в российской истории все участники боя (около 500 человек) были награждены высшей воинской наградой – Георгиевским крестом. После торжеств команда «Варяга» была расформирована, моряки поступили на службу на другие корабли, а командир Всеволод Руднев был награжден, повышен по службе и… отправлен завистниками в отставку. Важно подчеркнуть что, несмотря на неоднозначность оценки действий Руднева офицерами-сослуживцами и многими современными историками, его решение - достойный пример для грядущих поколений, образец рационального героизма, высокого осознания профессионального долга и чувства ответственности перед Родиной.
После 1917-го, как героя «царского» флота, большевики вычеркнули «Варяг» из истории страны на долгие годы. Только на гребне послевоенного патриотизма в Советском Союзе вспомнили «варяжцев» и устроили масштабные торжества к 50-летию сражения в Чемульпо. В 1947 году был снят художественный фильм «Крейсер «Варяг», прекрасный с точки зрения киноискусства, но сильно приукрашенный по содержанию. А затем наступил юбилей и в 1954 г. матросов-варяжцев чествовали уже советские адмиралы и генералы, которые вручили ветеранам русско-японской войны советские награды.

ХРОНОЛОГИЯ

1898-1899 Рождение легенды. Филадельфия. США.
Крейсер "Варяг" - триумф искусства и техники был создан в 1899 году по заказу Российской Империи на судостроительной верфи "Уильям Крамп и сыновья" всего за 20 месяцев. По техническим характеристикам «Варяг» не имел себе равных: оснащенный мощным пушечным и торпедным вооружением, он был самым к тому же и быстроходным крейсером России. Кроме того, «Варяг» был телефонизирован, электрифицирован, укомплектован радиостанцией и паровыми котлами новейшей модификации. 

1901-1902 Поход через 3 океана.
В течение полугода крейсер «Варяг» преодолел 5000 миль до Порт-Артура – военно-морской базы России на Дальнем Востоке. Его с восторгом принимали в Дании, Германии, Франции, Испании, Марокко,  Алжире, на Сицилии и Крите, Египте и других странах. Первые лица государств стремились попасть на борт великолепного русского крейсера. В конце 1901 года крейсер «Варяг» прибыл в порт приписки на Тихом океане, а в 1902 году вошел в состав Тихоокеанской эскадры.   

1904 Шаг в бессмертие. Чемульпо, Корея.
«Варяг» стал легендой 27 января 1904 года, когда принял свой первый и единственный бой! Бой неравный, с эскадрой из 15 кораблей Японского императорского флота. Предложение сдаться без боя командование отклонило сразу. В неравном поединке гордый «Варяг» смог вывести из строя два крейсера и потопил один миноносец. Однако полученные русским крейсером повреждения стали фатальными. Чтобы  «триумф искусства и техники» начала ХХ века не стал трофеем японцев, было решено затопить корабль… Но не спустить Андреевский флаг перед врагом!

1905-1916 В неволе с именем «Варяга». Йокосука, Япония.
После легендарного боя в бухте Чемульпо, когда русские моряки затопили судно, но не сдались врагу, «Варяг» пролежал на дне Желтого моря больше года. Только в 1905 году затонувшее судно было поднято со дна моря, отремонтировано и введено в состав Императорского флота Японии под именем «Соя». Более 10 лет легендарный корабль служил учебным судном для японских моряков, однако из уважения к его героическому прошлому японцы сохранили надпись на корме - «Варяг».

1916 Вновь под Андреевским флагом. Владивосток, Россия.
В 1916 году Россия приобретает у своей уже союзницы Японии бывшие русские боевые корабли «Пересвет», «Полтава» и «Варяг». После выплаты 4 миллионов йен «Варяг» был восторженно встречен во Владивостоке и 27 марта 1916 года на крейсере был вновь поднят Андреевский флаг. Корабль был зачислен в Гвардейский экипаж и направлен для усиления Кольского отряда Северно-Ледовитого флота в составе Отдельного отряда судов особого назначения под командованием А.И.Бестужева-Рюмина. 

1916-1917 Флагман Северной обороны. Мурманск, Россия. Ливерпуль, Великобритания.
18 ноября 1916 года крейсер «Варяг» торжественно встречали в Мурманске. Здесь он был назначен флагманским кораблем Морских сил обороны Кольского залива. Но судьба «Варяга» была предопределена – его машины и котлы требовали немедленного капитального ремонта, а артиллерия – перевооружения. Всего за несколько дней до Февральской революции крейсер ушел в Англию, на судоремонтные доки Ливерпуля...

1920-1925 Не желая сдаваться. Ленделфут, Шотландия.
С 1917 по 1920 год «Варяг» простоял в доке Ливерпуля. Необходимые средства на его ремонт (300 тысяч фунтов) так и не были выделены. В феврале 1920 года, следуя на буксире через Ирландское море в Глазго, куда он был продан на металлолом, крейсер попал в сильный шторм и сел на камни. Все попытки спасти корабль оказались неудачными. Непокорный «Варяг» выбрал себе иную судьбу... В 1925 году крейсер был частично разобран на месте, а 127-метровый корпус взорван.   

1954 Юбилей легендарного подвига. Москва, СССР
В канун 50-летия подвига «Варяга», в Москве 8 февраля 1954 года состоялся торжественный вечер с участием ветеранов битвы при Чемульпо, где от имени Советского Правительства героям-«варяжцам» были вручены медали «За отвагу». Юбилейные торжества проходили во многих городах страны.

2004-2007 Памяти легендарного крейсера «Варяг». Инчхон, Корея. Ленделфут, Шотландия
К 100-летию героического сражения в бухте Чемульпо российской делегацией был установлен памятник русским морякам «Варяга» и «Корейца». На открытии мемориала в порту Инчхона присутствовал флагман Тихоокеанского флота России ГТРК «Варяг». Через 3 года в Шотландии, где нашел свое последнее пристанище легендарный «Варяг», был открыт мемориальный комплекс, на котором присутствовал БПК ВМФ России «Североморск». Эти памятники, выполненные в русских морских традициях, стали первыми мемориалами русскому воинскому духу за границей России и вечным символом благодарности и гордости потомков.

2009-2010 Обретение реликвий. Инчхон, Корея. Москва, Санкт-Петербург и 8 российских городов, а также Севастополь (Украина) 
К 105-летию легендарного боя с японской эскадрой был создан уникальный международный выставочный проект, благодаря которому вся Россия сможет познакомиться с подлинными раритетами с крейсера «Варяг» и канонерской лодки «Кореец» из фондов российских и корейских музеев. Подобной выставки, демонстрирующей реликвии российского флота еще не было в отечественной истории.